egil_belshevic (egil_belshevic) wrote,
egil_belshevic
egil_belshevic

Category:

Нацистские группы в СССР

Семен Александрович Чарный (р. 1977) - историк, журналист. Автор книги "Тайны октября 1993. Кремль против Белого дома" (М.: Яуза, 2004).

Сейчас можно часто прочесть или услышать следующий недоуменный вопрос: "Как в стране, победившей Гитлера, по улицам могут открыто ходить его поклонники?" Те, кто задает этот вопрос, видимо, считают, что движение сторонников нацизма возникло как бы ниоткуда в конце 1980-х - начале 1990-х. На самом деле у современных российских неонацистов были предшественники в СССР. Естественно, в отличие от современных поклонников Гитлера, им приходилось выражать свои взгляды подпольно, а своего "летописца", в отличие от других групп националистов, у них не нашлось, и поэтому до нас дошло не так много сведений об их деяниях. Впрочем, этих сведений, содержащихся в материалах молодежного отдела Российского государственного архива социально-политической истории, Российском государственном архиве новейшей истории, архиве "Мемориала", выходившем в 1979-1991 годы бюллетене "Вести из СССР", книге "58-10. Надзорные производства Прокуратуры СССР по делам об антисоветской агитации и пропаганде. Март 1953-1991" и некоторых других источниках, вполне хватает для того, чтобы проследить основные направления деятельности российских приверженцев гитлеризма.

"Стиляги" и "политики"

Первые сведения о нацистских группах [1] в СССР датируются второй половиной 1950-х годов. Начиная с этого времени и до конца 1980-х можно выделить несколько десятков случаев, отразившихся в источниках, когда люди разного возраста и социального положения открыто (насколько это было возможно) объявляли себя приверженцами нацизма. Условно их можно разделить на две группы: "стиляг" и "политиков". К "стилягам" (а таковых среди "нациков"[2] было большинство) относились те участники нацистских групп (в основном это были школьники и молодежь), которых привлекала эстетика нацизма с его парадами, культом красивого тела и неоклассической архитектурой.
"Игровой" была и первая из известных нам нацистских организаций. Группа киевских школьников во главе с Ю. П. Юрченко (р. 1939) сначала просто играла в фашистов. Затем они решили создать молодежную нацистскую (формально фашистскую, поскольку фашизм и нацизм тогда в СССР мало кто различал) организацию "СС Викинг" с целью построения национального коммунизма в СССР и насильственного построения социализма во всем мире. Участники группы считали Гитлера гениальной личностью. Возбужденное против них уголовное дело было в декабре 1957 года прекращено, поскольку было доказано, что дальше игры участники "Викинга" не зашли [3].
Еще одна пронацистская группа была раскрыта в апреле 1960 года в Баку. В ее состав входили девятиклассники двух местных школ, обсуждавшие во время совместных собраний "преимущества" нацизма и "выдающиеся идеи" его лидеров, а также причины, как они считали, "случайного" поражения Германии. Школьники - родители некоторых из них занимали достаточно высокое положение (министр местной промышленности Азербайджана, сотрудник центрального аппарата МВД Азербайджана) - интересовались биографией Гитлера, собирали нацистские фотографии 1930-х годов, изготовили флаг со свастикой. Впрочем, для них это в значительной степени оставалось игрой, и потому максимум, что позволили себе члены этой группы, - прийти 9 мая в школу с нацистскими повязками под пиджаками [4].
Особенно бурно это направление расцвело в 1970-1980-е годы в виде тайных "фашистских организаций" школьников. Причем катализатором этого процесса послужил фильм "Семнадцать мгновений весны", одним из первых в советском кинематографе продемонстрировавший "большой стиль" нацизма и одновременно "очеловечивший" его. Власти довольно быстро поняли относительную безобидность этого увлечения, и потому наказание большинства "стиляг", чьи группы были раскрыты партийно-комсомольским начальством, ограничивалось так называемым профилактированием - то есть беседами в КГБ и райкоме/обкоме партии. Пожалуй, одним из последних таких "стиляг" был арестованный в 1985 году в Краснодаре С. Л. Щербаев, слушавший тяжелый рок и считавший "фашизм - враждебным союзом свободных" в противоположность "дружному союзу рабов", как он именовал советский строй [5].
В отличие от "стиляг", "политиков" привлекала не нацистская эстетика, а сам Гитлер. В основном это были достаточно зрелые люди, иногда входившие в состав каких-то диссидентских групп. Причем, имея вначале достаточно смутное представление о программе национал-социалистов, они часто брали оттуда только одно положение - уничтожение евреев. Так, к примеру, поступил Вячеслав Соленев, отколовшийся от группы Виктора Поленова "Народно-демократическая партия России" и написавший в 1957 году программу "Русской национальной партии". Впрочем, по словам того же Поленова, в дальнейшем взгляды Соленева несколько смягчились, и к концу 1980-х он уже призывал различать вредных и полезных евреев [6].
К поклонникам нацизма можно отнести и группу Алексея Добровольского (р. 1939) "Русская национал-социалистическая партия", действовавшую во второй половине 1950-х в Москве. Правда, в интервью, данном в начале 1990-х, Добровольский отрицал преклонение перед Гитлером. Однако немного спустя он проговорился о том, что на него произвели очень большое впечатление "нацистские партийные жесты и ритуалы, четкость немецкая", а его друзьям нравились "боевитость, жесткие формулировки, дисциплина, подчинение, символика, приветственные жесты - поднимание руки" [7]. То, что практически совсем недавно закончилась война с нацизмом, на которой погибли их отцы и старшие братья, абсолютно не коробило членов "партии". Как вспоминал Добровольский, его сторонники (и, естественно, он сам) считали, что погибшие были на совести не Гитлера и не Сталина, а кого-то третьего (то есть речь шла о набиравшей силу концепции, что война была выгодна США или "мировому еврейству").
Все это не могло не сопровождаться увлечением фигурой Гитлера. И действительно, рассказывая о своем первом лагерном сроке в Мордовии в 1958-1961 годы и отношениях с русскими эсэсовцами, познакомившими его с концепцией отрицания Холокоста [8], Добровольский с сожалением роняет, что Гитлер "был большой либерал". А по свидетельству Поленова, Добровольский, даже находясь в лагере, выступал за поголовное уничтожение евреев по гитлеровскому образцу [9]. Впрочем, у Добровольского присутствовал и элемент увлечения "большим стилем" нацизма - недаром он, будучи в лагере, сфотографировался там в полной форме СС.
Еще одна группа поклонников Гитлера, похоже, всерьез готовилась воевать. В 1963 году в Воронеже была раскрыта созданная за год до того группа из трех 17-19-летних молодых людей, называвших себя "оасовцами-национал-социалистами" [10].
Они не только отмечали день рождения Гитлера и носили найденные на полях сражений нацистские ордена, но и постепенно запасались там же оружием, намереваясь воевать с советской властью в случае начала войны. Как минимум один обрез, переделанный ими из автомата, был изъят при обыске [11]. К сожалению, недостаток документов не позволяет проследить судьбу этой группы после ареста.
Подобные кружки существовали и в дальнейшем. Например, в декабре 1970 года в Николаевске-на-Амуре некий рабочий Лентарев расклеивал листовки, заканчивавшиеся так: "Наш идеал - Адольф Гитлер! Heil Hitler!" [12]. В 1973 году заключенный В. М. Краснов послал в посольство ФРГ в Москве "Тезисы программы нацистской партии". В следующем, 1974 году другой заключенный, Ю. Е. Бакунин, изготовил "Программу национал-социалистической партии". Не очень понятно, правда, был ли это искренний порыв или же желание быть причисленным к "политическим", чтобы быть переведенными в политзону [13].
В 1981 году в подмосковном Калининграде "Новую рабочую националистическую партию России" создал ставший скандально известным в 1990-е годы Алексей Веденкин. На грани между двумя течениями можно поместить фигуру Николая Брауна (р. 1938), арестованного в 1969 году. Среди предъявленных ему обвинений фигурировало и празднование дня рождения Гитлера [14]. Один из подельников Брауна Анатолий Бергер вспоминал позже, что Браун, с одной стороны, всерьез увлекался Гитлером, да и ему самому было приятно именоваться в узких кругах "фюрером". С другой же стороны, празднование дня рождения Гитлера составляло для него, по словам Бергера, часть рискованной игры в "хождение по грани", что Браун тоже очень любил [15]. Сам Николай Браун в начале 2000-х также отстаивал "игровую" версию, заявляя, что праздновал день рождения Гитлера, "чтобы привлечь внимание к своей антибольшевистской деятельности", а на суде это обвинение было "пристегнуто" к куда более фантастическому пункту обвинительного заключения - попытке взрыва мавзолея Ленина [16].

Гитлер как вариант Эйзенхауэра

При рассмотрении материалов всех этих уголовных дел и воспоминаний невольно возникает вопрос - почему десятки (если не сотни) людей в разных уголках страны выбирали для себя в качестве кумира вождя Третьего рейха, война с которым закончилась относительно недавно?
Рискну предположить, что выбор шел "от противного". Не веря советской пропаганде, мазавшей густой черной краской всех своих противников и ставившей на одну доску Гитлера, Трумэна, Тито, венгерских повстанцев 1956 года и прочих, они считали Гитлера несправедливо оболганным врагом коммунистической власти, таким, как, например, президент США Эйзенхауэр, на которого надеялись многие "рядовые антисоветчики". Некоторые из уголовных дел "нациков" прямо подтверждают такую гипотезу. К примеру, арестованный в марте 1957 года в Чарджоу М. Ф. Жирохов при аресте, а затем и в милиции кричал: "Да здравствует Гитлер! Да здравствует фашизм! Да здравствует Америка!" [17]. Еще один подсудимый, арестованный в июле 1958 года, просто выкрикивал "Да здравствует Эйзенхауэр, да здравствует Гитлер!" [18].
А отсутствие внятной антинацистской пропаганды приводило к тому, что многие из них были склонны считать, подобно некоему кочегару из города Бабушкина, арестованному в 1959-м: "Гитлер умный был человек, хотел освободить русский народ от рабства" [19].
В результате нацизм (точнее, поскольку такого разделения тогда не проводили, - фашизм) представал в виде полноценной альтернативной марксизму идеологии, отстаивавшей жесткую борьбу с коммунизмом, вплоть до уничтожения членов КПСС. Мы можем видеть такое отождествление на примере дела каменщика Б. С. Блинова из Москвы, который в январе 1957 года при обсуждении венгерских событий заявил: "Вот если бы была у нас советско-фашистская партия, я первый бы в нее вступил и начал бы бить коммунистов" [20]. Насколько позитивным в глазах части оппозиционной властям молодежи был образ фашизма, показывает дело трех тбилисских школьников (армянина, грузина и русского по национальности) 1967 года. Они, решив бороться за освобождение Грузии от советской оккупации, назвали себя "Нелегальной организацией фашистов" [21].
Впрочем, надо заметить, что о реальных идеях Гитлера многие его поклонники, особенно из числа "стиляг", имели весьма смутное представление. К примеру, вряд ли бы правоверные нацисты пустили бы в свою компанию армян и азербайджанцев, из которых в значительной степени состояла бакинская группа, раскрытая в 1960 году [22]. Еще более трагикомично выглядели заявления осужденного в феврале 1963 года инженера Горохова, еврея по национальности, выражавшего сожаление, что Гитлер не завоевал СССР [23].

Особенности национальной...

Отдельно от всей остальной страны развивались пронацистские группы в Прибалтике. Здесь поклонение Гитлеру имело свою национальную специфику, тесно переплетаясь с местным национализмом и защитой "героев войны", служивших в частях СС и полицайбатальонах. К примеру, в январе 1962 года группа молодых эстонцев разбросала по Тарту листовки в защиту судимых там коллаборационистов [24]. В 1966 году один из участников латвийского национального движения нарисовал свастику в аудитории Латвийского госуниверситета, а в 1967 году двое молодых литовцев вывесили флаг со свастикой на парашютной вышке в Лиепае [25]. Настроения этих групп точнее всего выразил один из последних осужденных в Латвии за антисоветскую пропаганду в 1986 году - Р. Силараупс, сожалевший, что Германия не победила в войне, поскольку именно с этой победой прибалтийские национал-радикалы связывали возможную независимость своих стран [26].
Именно там пронацистские настроения быстрее всего вышли на поверхность. 11 апреля 1969 года ансамбль "Пеолео" из Таллинна на концерте в одном из колхозов исполнил строевую песню эстонских легионеров СС [27]. А 22 сентября 1980 года в Таллинне после концерта, посвященного годовщине освобождения города от нацистов, в толпе подростков появилась группа в 20-30 человек с нарукавными повязками в виде свастики, кричавших: "Хайль Гитлер!" [28].
Сюда же можно отнести немногочисленные дела советских немцев и коллаборационистов, выражавших сожаление о том, что Германия проиграла войну [29].

Выйти на площадь...

Если нацисты 1950-1970-х предпочитали действовать в подполье, то в начале 1980-х их "наследников" неожиданно потянуло на публичность. В настоящее время точно известно о двух публичных акциях московских неонацистов.
В апреле 1980 года семнадцатилетний нацист, ученик 10-го класса Виктор Якушев с компанией одноклассников устроил нечто вроде пикетирования московской синагоги. Из нацистской атрибутики у пикетчиков были только сапоги и темные рубашки. Сам Якушев, правда, заявлял, что он и его друзья, численностью 10-12 человек, "просто посмотрели" и вообще это было "проявление интереса русских людей к еврейству" [30]. Впрочем, эта акция в тот момент прошла практически незамеченной.
Зато весьма широкое освещение в прессе получила другая акция, прошедшая через два года, - демонстрация неонацистов на Пушкинской площади. Первая информация об этом появилась в бюллетене "Вести из СССР", издававшемся в Мюнхене диссидентом Кронидом Любарским. Согласно ей, группа старшеклассников численностью в 10-15 человек, одетых в черные рубашки со свастикой, появлялась на площади дважды - в 17.00 и 19.00. Двое (по другим сведениям - шестеро) участников демонстрации были задержаны милицией [31]. По более поздним сведениям, во время демонстрации в кинотеатре "Россия" разбрасывались неофашистские листовки, а ее руководители расположились в кафе "Лира", находившемся на противоположной стороне улицы Горького, откуда и направляли действия своих подопечных, быстро ввязавшихся в драку с остальной публикой [32]. А вот как описывала демонстрацию выходившая в Париже газета "Русская мысль": "20 апреля в день рождения Гитлера в Москве группа молодежи пыталась провести "фашистскую" демонстрацию. В этот вечер на пл. Пушкина собралась довольно большая группа молодых людей: с одной стороны "фашисты", коротко остриженные в черных рубашках, некоторые со значками свастики; с другой - толпа "болельщиков" различных хоккейных и футбольных команд. О предполагаемой "фашистской" демонстрации было известно заранее (в московских школах преподаватели предупреждали учеников, советуя не появляться 20 апреля на Пушкинской площади; это, естественно, имело обратный результат - на который, видимо, и рассчитывали власти). По сообщению очевидцев, "демонстрация" не успела начаться, как между "фашистами" и "болельщиками" завязалась драка, привлекшая внимание прохожих [33]. Милиция долгое время не вмешивалась, наблюдая за происходящим со стороны. В конце концов, милиция задержала некоторое число "фашистов" и "болельщиков".
Имеется сведение, что в СССР существует несколько малочисленных фашистских групп молодежи, которые, естественно, не пользуются популярностью в стране, где война оставила столь глубокие раны. Эти группы состоят в основном из отпрысков семей высокопоставленных партийных чиновников. Эта "золотая молодежь" не столько испытывает симпатии к Гитлеру, сколько сожалеет об отсутствии в стране настоящего вождя, сильной власти и железной дисциплины.
Как бы то ни было, от этого "выступления" сильно попахивает провокацией, и его последствия могут быть серьезными. Как мы уже сказали, о демонстрации было широко известно, и власти вполне могут использовать ими же распространенную информацию о существовании "фашистов" для дискредитации правозащитного движения" [34].
Впрочем, известный исследователь российских правых радикалов Владимир Прибыловский описывал то же событие гораздо более приземленно: "[...] на Пушкинской площади - излюбленном месте правозащитников - другие старшеклассники, числом не более пятнадцати, устроили "демонстрацию". Детки несколько раз одновременно вскинули в "римском приветствии" правые руки, скандируя (почти шепотом) "Хайль Гитлер!". Потом Якушев похвалялся, что, хоть сам в тот славный день на Пушке не был, все демонстранты были его учениками и последователями"[35].
Если суммировать все три описания, то получается, что демонстрация неонацистов была довольно жалким зрелищем, практически с самого начала превратившись в драку между различными группами молодежи, прекращенную милицией только после того, как появились первые тяжелораненые. Несколько человек были арестованы, но были ли они осуждены - неизвестно.
Вне зависимости от этого сам факт подобной манифестации произвел громадное впечатление как на столичную интеллигенцию, так и на западные СМИ. Тут же из забытья была извлечена информация о пикете Якушева в 1980 году. Одновременно в "Вестях из СССР" стали появляться сообщения о процессе над 18 участникам неонацистской организации в Можайске в 1980 году [36], о том, что 1 ноября 1981 года произошла фашистская демонстрация в городе Кургане, в которой участвовало более 100 старшеклассников в рубашках с нарукавными повязками с изображением свастики, несших лозунг: "Фашизм спасет Россию!", о демонстрациях неофашистов в городах Южно-Уральске, Свердловске, Ленинграде (у Казанского собора) "и в других местах" [37]. И хотя часть этих сообщений основывалась, как было указано самим Кронидом Любарским, на непроверенных сведениях, то есть на слухах, через западные "голоса" сообщения об этих демонстрациях и судах расходились по СССР уже в виде достоверных сведений, порождая молву о могущественной военизированной фашистской организации. Уже в январе 1983 года люди спрашивали у лекторов общества "Знание", правда ли, что в Нижнем Тагиле, Свердловске и почему-то Киеве прошли выступления молодежи "с нацистскими выкриками" [38]. Хотя тот же Якушев заявлял, что "ни организации, ни названия, ни структуры, ничего не было. Так просто, читали книги о Германии, о современном неофашизме..." [39].В дальнейшем эти слухи привели к тому, что в памяти некоторых очевидцев событий на Пушкинской площади сформировался их совершенно искаженный образ. К примеру, в воспоминаниях Александра Рекемчука демонстрация превратилась в "массовый митинг в честь дня рождения Гитлера [...] со всей атрибутикой: приветствиями "Хайль Гитлер!", нарукавными повязками со свастикой" [40], что больше соответствует реалиям 1990-х.
С другой стороны, по свидетельству Владимира Прибыловского, в 1983-1986 годах в студенческих общежитиях Московского университета каждый апрель перед 20 числом проносился слух, что "на Пушке будет демонстрация фашистов", и наиболее активные первокурсники собирались у памятника поэту "бить нациков", но никого, кроме милиционеров и комсомольских оперотрядников, обычно не находили. Бывало, что студентов задерживали и отправляли в отделение, где происходил следующий диалог: "Ты чего здесь, уж не день ли рождения Гитлера празднуешь?" - "Не, я, наоборот, приехал бороться с фашистами! " - "Дурак! В СССР фашистов нет. А если хочешь с ними бороться, запишись в комсомольский оперотряд по месту учебы"" [41].
"Под раздачу" бдительных борцов с фашистами едва не попала как раз только-только начавшая выступать в 1982 году группа "Странные игры", исполнявшая музыку ска. В основном публику напугала их манера одеваться, поскольку ходил слух о том, что нацисты носят галстуки-"селедки" и выбривают виски. В результате "Странным играм" пришлось даже на время убрать из репертуара маршевые песни, чтобы не усиливать подозрения в собственном нацизме [42].
Возникает вопрос: что же заставило советских поклонников Гитлера выйти на площадь, хотя 1982-й был далеко не лучшим годом для подобных демонстраций, и почему они не повторялись в дальнейшем?
Западные советологи провозгласили эту демонстрацию симптомом начавшейся фашизации советской системы, считая, что за несовершеннолетними наци стоят мощные группировки в партаппарате и КГБ. Но дальнейшие события показали несостоятельность этой точки зрения, поскольку подобная группировка, несмотря на старания исследователей, обнаружена не была, да и в мемуарах тогдашних властителей ничего подобного не упоминается.
Однако можно предположить, вспомнив нарочитую демонстративность неонацистов и странную пассивность силовых структур, что к манифестации действительно приложил руку КГБ. Тем более, что, по устной информации, полученной от людей, соприкасавшихся в те годы с органами внутренних дел, представители госбезопасности еще в конце 1970-х прямо запрещали МВД принимать меры в отношении существовавших фашистских групп. Но цель у этой демонстрации была иная - нацистов просто использовали в качестве пугала для населения, высказывавшего заметное недовольство ухудшавшимися условиями жизни.
Интересно, что власти официально всячески стремились замолчать демонстрацию неонацистов. К примеру, когда 26 апреля 1982 года на политинформации на подготовительном отделении Московского полиграфического института слушатель П. Маслов стал рассказывать о неофашистской демонстрации и ее разгоне, в котором он сам принимал участие, преподавательница истории КПСС немедля вызвала сотрудника КГБ Грачева, который и заявил Маслову и его товарищам, что "не дело студентов бить фашистов - для этого есть компетентные органы". Дело едва не закончилось исключением Маслова из института [43]. Одновременно допускались утечки информации из официальных источников, послужившие основой для публикаций в зарубежной русскоязычной печати.
В том, что такая версия вполне реальна, убеждают события постперестроечного времени. Тогда, по информации автора книги "Нацизм в России" Вячеслава Лихачева, подобная же комбинация была проведена с "Русским национальным единством" (РНЕ): спецслужбы превратили ее в мощную организацию, выполнявшую в необходимые моменты (например, в октябре 1993-го) роль пугала, а когда ее лидер Александр Баркашов стал проявлять самостоятельность, то РНЕ была быстро маргинализирована [44].
Кроме того, что демонстранты сыграли роль пугала, выступление нацистов стало предлогом для общего ужесточения контроля над негосударственными молодежными организациями. Прежде всего, это позволило "навести порядок" в спорте, а точнее - в восточных единоборствах. Интересно, что, судя по сообщению "Вестей из СССР", еще до демонстрации в школах на родительских собраниях родителей предупреждали о том, что пронацистские группы создаются под прикрытием различных спортивных клубов [45]. В 1984 году был издан приказ о запрете обучения карате [46]. И здесь распространяемые ранее слухи о спортивных секциях как о "кузнице кадров" для фашистов стали неотразимым аргументом. Затем удары партийных идеологов и спецслужб обрушились на неугодную музыку, когда ряд групп были объявлены фашистскими.

Перед выходом на поверхность

К середине 1980-х нацисты стали устойчивой частью городской мифологии Москвы и Ленинграда. Были даже некие детские страшилки об ужасных фашистах. Документальные данные о ленинградских неонаци первой половины 1980-х, к сожалению, отсутствуют, кроме одного загадочного свидетельства о группе хулиганов в куртках со свастиками, повредивших в июне 1982 года большинство статуй Летнего сада [47]. Впрочем, с началом перестройки выяснилось, что нацисты в городе на Неве вовсе не миф. На моей памяти журнал "Крокодил" в конце 1980-х опубликовал несколько статей, в красках расписывавших их деятельность. Однако это были уже совсем другие времена. Политика гласности пробудила все направления политической жизни. И немногочисленные "нацики" легко растворились в общей массе "памятников", "венедов", "РНЕшников" и прочих. А в городской мифологии фашистов сменили "любера".
А в 1987 году "нацики" сами вышли на поверхность. 20 апреля 1987 года, в день рождения Гитлера, две колонны молодых людей 17-22 лет, одетых в черные рубашки, со свастиками на рукаве, промаршировали по Невскому проспекту и окрестностям метро "Площадь восстания". В тот же день такая же демонстрация прошла в Петергофе. Неонацисты отметили свой "выход на поверхность" массовым осквернением еврейских могил на кладбищах. 17 и 20 апреля было разрушено или осквернено 140 надгробий. А 25 апреля 1987 года группа подростков с криками "Бей жидов, спасай Россию!" пыталась разгромить Ленинградскую синагогу. Среди участников этих акций преобладали учащиеся ПТУ. Возглавлял же ленинградских "нациков" некий Роман Бойцов [48]. Годом раньше ленинградские милиционеры безучастно наблюдали за демонстрациями местных нацистов, осквернением кладбищ и попытками погрома [49].
Одновременно практически прекратились их преследования. Последнее дело о пропаганде нацизма, заведенное в 1988 году, когда в Таллинне был арестован С. Жолдин, планировавший организацию "Эстонской национал-фашистской партии", было прекращено "в связи с изменившейся обстановкой".

Взято из Яндекс-кеша.
Tags: fashizm, rossija, sssr
Subscribe

  • Спортивная жизнь

    специально для odnovremenno В условиях почти полного отсутствия постов в сообществе не постесняюсь снова выставить фото с турнира, который…

  • "Спортует весь класс" в арене "Рига"

    специально для odnovremenno Мероприятие Олимпийского комитета по продвижению физкультуры в школьные массы набрало в арене более 7К в основном…

  • ЧМ-2019 в Раубичах / WCh-2019, Raubichi (BY)

    Список моих фотоальбомов / List of my photoalbums: Пятница, 14. июня / Friday, June 14 Разное / Stuff Юниоры / Juniors Женщины / Women Ветераны…

  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 6 comments