egil_belshevic (egil_belshevic) wrote,
egil_belshevic
egil_belshevic

Categories:

Языковедческое

Потратил минут 20 на изучение иврита. Полученных знаний хватило ровно на то, чтобы ошеломленно воскликнуть:
ОНИ ЧТО, ОХУЕЛИ?

Несколько выдержек из учебника, вводная часть

Россиянин пишет латинскую букву N начиная с левой палочки. Израильтянин пишет ту же букву так, как он привык писать похожую на нее букву мем: начиная с правого верхнего конца. В английском тексте, в котором буквы идут слева направо, он рисует каждую букву справа налево. Получается почерк с ивритским акцентом. Аналогично, когда россиянин пишет на иврите, он пишет буквы так, как он привык по-русски, и получается почерк с русским акцентом.

Когда россиянин видит букву И, он знает, что надо читать [и]. Когда он видит букву юд, то тоже хочет читать [и]. Когда израильтянин видит юд, он знает, что в разных словах эта буква читается по-разному. Когда израильтянин, знающий русские буквы, видит букву А, он ее игнорирует и пытается достроить гласные в слове интуитивно. Вывеску "Клим и Слава" он читает как "Калим и Сальва".

Когда россиянин слышит слова "разбой" и "резьбой", он не чувствует никакой связи между ними. Израильтянин если и почувствует разницу, то все равно будет уверен, что эти слова однокоренные. Зато он никогда не перепутает слова [мекорав] (приближенный) и [макорав] (его клювы). Россиянину будет стоить большого труда уловить эту разницу.

Встретив слово, похожее на знакомое, делают безоговорочный вывод, что это и есть то самое слово. Это особенно опасно потому, что в иврите очень много похожих слов, особенно если смотреть не на само слово, а на его неогласованную запись либо на его звучание. Очень распространенная жалоба: "Все слова в этой фразе понимаю, а смысл не складывается". Обычно это значит, что какое-то слово во фразе понято неверно.

Ищут слово в словаре в той форме, в которой оно встречено в тексте, забыв о том, что надо сначала понять, какой это член предложения, в какой форме он стоит и как могла бы выглядеть его словарная форма. Чтобы искать так, как надо, - разумеется, надо владеть той частью языка, которая называется грамматикой. Другая распространенная жалоба: "Я искал слово во всех словарях, но не нашел". Одно из возможных объяснений - искал не то.

Полагают, что каждое слово как-то пишется и как-то читается, причем по написанию можно определить произношение (правильно прочитать) и наоборот (правильно написать). В иврите это не так, потому что:
слово пишется по-разному в зависимости от системы орфографии;
слово иногда звучит по-разному в зависимости от стиля речи;
звучание и неогласованное написание слова выводятся только из самого слова (для которого известны классическое написание и значение), но не друг из друга.

В иврите знать, как слово звучит, совершенно недостаточно. Во-первых, есть немало омофонов - слов, которые одинаково звучат, но по-разному пишутся. Тем, кто в школе изучал русский язык, это явление знакомо по словам луг/лук или палить/полить. Когда израильтянин произносит [неэлам], он отдает себе отчет (а иногда и сообщает вслух), имеет ли он в виду слово, которое пишется через алеф или через айин; аналогично, когда он произносит [нифтар], то различает слова через тет и тав, а когда произносит [мешакер] - то через каф и куф. Во-вторых, есть еще больше слов, которые на самом деле звучат по-разному, но на русское ухо кажутся одинаковыми:
[ревИа] - квадрант (четверть плоскости, получающаяся при ее делении координатными осями);
[ревиА] - спаривание животных;
[ревиЯ] - размножение;
[реваЯ] - утоление жажды, насыщение жидкостью;
[ревииЯ] - четверка (чего-нибудь).

Тогда, наверно, достаточно запоминать слова письменно? На многих курсах настаивают, что все слова надо записывать. Если я помню, как слово пишется, то смогу его правильно произнести? Если я его услышу, то смогу быть уверен, что это то самое слово?

Тоже нет. Если речь о записи без огласовок, то это не поможет. Еще больше, чем омофонов, в иврите омографов - слов, которые одинаково пишутся, но по-разному читаются. Отдаленное представление об этом дает русская пара слов зАмок/замОк. Вот несколько ивритских слов, которые пишутся через одно и то же сочетание юд-вав, но читаются совершенно по-разному: (адрес текста с ивритскими буквами - http://hamelamed.narod.ru/znat.htm )
[зив]
[тав]
[hаЮ]
[дйо] или [дайо] -
это два разных слова
[нью] - так на иврите
пишут английское new

Но тогда надо запоминать каждое слово в двух видах - устном и письменном? Тоже нет. Вот два разных слова, которые одинаково звучат и одинаково пишутся:
[хартом] - нос корабля,
носок ботинка и т.д.
[хартом] - жрец

Во множественном числе первое слово дает [хартомИм], а второе [хартумИм].

устное звучание слова, и его неогласованная запись - это две ипостаси слова, в которых содержится только часть информации. Чтобы получить о слове тот минимум информации, который позволил бы его полноценно запомнить, - надо увидеть слово в его классической орфографии - как в словаре. Те два слова, которые мы сейчас привели, на самом деле выглядят по-разному:
[хартом] - нос корабля,
носок ботинка и т.д.
[хартом] - жрец

Так что тот, кто хочет выучить иврит с минимумом затрат, должен:
помнить правила перехода от классической орфографии к произношению и к неогласованной записи;
изучать все остальные правила в терминах классической орфографии;
запоминать слово только после того, как понял, как оно пишется по классической орфографии;
понимать услышанное или прочитанное слово только после того, как понял, как оно пишется по классической орфографии.

В иврите нет такого, как в английском, количества звуков, не имеющих аналога в русском. Однако все равно это явление есть. Возьмем слово (...)
В нем звучит сочетание [мат], затем сочетание шва+алеф, которое не произносится, и затем [им]. Для людей, привыкших мыслить русскими буквами, это сочетание шва+алеф просто не существует. Они его не видят, потому что в русском языке такого нет. Однако на самом деле оно отражается на звучании слова - в слове образуется пауза, и максимально точным приближением к ивритскому звучанию была бы русская запись "матъим". Тем не менее в психологии изучающих это слово оседает как записанное русскими буквами "матим". Далее человек произносит эту запись так, как он привык по-русски: с мягким [т] перед [и], то есть не [т], а [ть]. В результате получается совсем непохоже на то, что нужно: и без паузы, и с [ть] вместо [т]. Самое интересное, что сам произносящий уверен, что он копирует произношение израильтян.

Слово, встреченное в окружающем иврите, надо всегда приводить к его классической орфографии - и после этого можно будет его запоминать. А встретиться оно может:
в устном виде - и тогда надо узнать, как оно пишется (полностью!);
написанным без огласовок - и тогда надо не только добавить огласовки, но и убрать "лишние" юды и вавы, добавляемые при неогласованном письме (вопрос о том, почему в таком-то слове пишется юд или вав, нередко сводится к вопросу, по какой орфографии слово было написано, когда оно вам встретилось);
не в словарной форме, а в какой-нибудь другой (например, не всегда можно в первый момент сообразить, что перед нами смихут и, следовательно, сопряженная форма);
в искаженном виде за счет того, что иврит данного носителя отличается от литературного, причем это может быть и в том случае, когда говорящий явно знает иврит не очень хорошо, и в том, когда он выглядит как очень образованный человек с врожденным ивритом.

Однако и это еще не все. Чтобы точно быть уверенным, что знаешь слово, надо не только запоминать его со всеми огласовками, но и понимать, от какого корня и какой модели оно образовано. Могут быть слова, которые даже со всеми огласовками пишутся одинаково, однако образованы по-разному. От этого зависит в первую очередь смысл, а кроме того может зависеть и склонение.

Наш основной призыв к изучающим иврит выглядит следующим образом. Ивритское слово обычно предстает перед изучающим либо в устном звучании, либо в неогласованной орфографии. Однако не нужно даже пытаться запоминать эти два аспекта независимо либо искать прямую связь между ними. Прямой связи между ними нет, но оба они выводятся из классической огласованной записи, по которой уже можно изучать все закономерности.

Приведем несколько пар слов, чтобы проиллюстрировать сказанное. Оба слова внутри каждой пары, если только смотреть на неогласованное написание и слушать произношение, кажутся совершенно однотипными. Но в классической орфографии видно, что они отличаются двумя деталями огласовки (в последней паре это касается приведенного здесь же множественного числа):

Для нужд изучения вся история развития иврита у нас схематизирована, а в некоторых случаях сознательно искажена для простоты. Обращения к истории для нас не самоцель.

Условно выделены 3 этапа:

1. Современный иврит с его израильскими орфографией (неогласованной) и произношением. Мы описываем в основном нормативный иврит, но иногда ссылаемся и на отклонения, распространенные в обиходе.

Может возникнуть впечатление, что мы призываем говорить строго по академической норме, которая во многом устарела и отстала от жизни. Это не так. Мы действительно призываем изучать грамматику, однако в науке принято называть грамматикой внутренние закономерности языка, а они одинаковы и в нормативном языке, и в "испорченном" обиходном.

Мы подчеркиваем, что надо знать оба стиля языка и пользоваться одним из них в зависимости от того, выступаем ли мы с трибуны, сидим ли в театре или просто разговариваем с соседом по лестнице. Но у академической нормы есть некоторый приоритет при изучении по следующим причинам:
запоминать слова нужно в огласованном написании, а они в таком виде приводятся в словаре, причем в нормативном варианте;
нормативный вариант проще, логичнее и строже;
обиходная среда более терпима к "неправильностям", поэтому произнести слово по академической норме в обиходной среде обычно можно, а наоборот нет.

2. Тот этап, который запечатлен в классической орфографии, применяемой сегодня в большинстве словарей. Этот этап - вымышленный, потому что:
буквы пишутся так, как произносились согласные звуки несколько тысяч лет назад, когда иврит начал пользоваться буквами (и то не совсем, потому что буквам хет, айин, зайин и шин на самом деле соответствовали по два разных звука, а букве цади - три);
огласовки и дагеши пишутся так, как произносились гласные звуки одну тысячу лет назад, когда были придуманы огласовки (и кроме того надо помнить, что знаки камац, дагеш и шва имеют по два значения).

3. "Праформа" - еще одна условность, собравшая в себе некоторые более древние формы по сравнению с той, которая зафиксирована в классической орфографии. Возможно, более точно называть ее "реконструированной формой" - имея в виду, что для нас важно не былое наличие такой формы в древности, а ее использование при склонении и образовании слов в наши дни.

Именно этап 2 принят за основу, именно его логика описывается в учебнике, поскольку она наиболее проста. Иногда приходится обращаться к более древнему этапу 3 - если это позволяет показать некоторые явления более логично. Этап 1, более всего интересующий учащихся с практической точки зрения, вычисляется при помощи очень простых правил, приведенных в конце учебника.
Tags: israel, jazyki
Subscribe

  • Я жив. Наденьте чёрные повязки

    Оказывается, тут в ЖЖ я ещё и в рейтинге состою. Причём высоко - в пятой тысяче, что многое говорит о том, до чего деградировал ЖЖ после продажи его…

  • Новогодний салют, версия для ЖЖ

    специально для odnovremenno Как обычно, пошёл снимать с того берега Даугавы (чтобы в кадр не лезли лишние высотки)…

  • Художественные "ёлки", часть 2

    специально для odnovremenno Йолка типа хуйня. Йолка типа лампочка. (К.О.) Йолка типа портал. Где-то в глубине йолки - ваш…

  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 0 comments