egil_belshevic (egil_belshevic) wrote,
egil_belshevic
egil_belshevic

Categories:

Ещё три-четыре таких поста сделаю, и на покой :)

07.22

Борьба с муравьями


Борьба с садовыми муравьями опять закончилась со счетом не в мою пользу. Долгое время, согласно инструкции, поливал выявленные муравейники, предварительно разворошив до личинок, жидкостью "Муравьед". Радовался, когда видел, что муравейники опустевали. Сегодня скосил траву - матерьбожья! - всюду по всему газону шевелящиеся муравейные кучки. Подо мной целый подземный город, чтобы его уничтожить, нужен атомный взрыв. На каждый десяток уничтоженных муравейников вырастают сто. Пару лет назад, по совету какого-то идиота, полил один муравейник на пробу керосином, - до сих пор там трава не растет - гадкая проплешина.
Война была объявлена два года назад: http://amalgin.livejournal.com/2005/07/17/

07.22

Битва за дачу

Через три года после высылки из Кремля, освоившись в особняке на Рождественском бульваре, Демьян Бедный решил заняться дачным вопросом. В архиве Сталина сохранились три его письма на эту тему.

15 апреля 1935 г.
ДЕМЬЯН БЕДНЫЙ
МОСКВА
Рождественский бульвар, д.15, кв.2
Апреля 15 дня 1935 г.
Дорогой Иосиф Виссарионович!
Обращаюсь я к Вам, как правило, только тогда, когда мне уже податься некуда, когда - крайность. Еще три дня назад, услыхав мои сетования, Ворошилов посоветовал мне: "Пиши Сталину". Я три дня колебался, так как не хотел ставить всего на карту, а мое все базируется на созданной для внутреннего подкрепления утешительной мысли, что какая-то часть Вашего расположения ко мне сохранена и что если я обретаюсь порой в очень нерадостном состоянии, то потому что "Сталин не знает". (Словесная формулировка, собственно, моей жены.) А если бы знал..
Речь идет о моем сильно пошатнувшемся здоровье и о возможности так работать, как бы мне хотелось и как бы я мог.
Тяжело отразилось на моем здоровье следующее обстоятельство: с осени 1931 года по сей день я не имею ни зимнего, ни летнего здорового отдыха, томясь безвыездно в городе. У меня нет загородного приюта и нет никакой возможности его создать. Лето 32 года и лето 33 года свелось к тому, что я на своем фордике, когда уже было дышать нечем, уезжал за город, "в кусты", как диктовалось шоферу. Отдышавшись часа три "в кустах", я возвращался обратно.
В прошлом 34 году я после долгих мытарств снял в деревне Баковка пол-избы у лесного сторожа. Но тут оказала себя с неожиданной стороны моя популярность: дворик маленький, голый, заборчик тоже реденький, а вокруг заборчика вечная толчея любопытных, вечное заглядывание и осматривание меня, - осматривание это кончилось тем, что меня приняли за самозванца, что я какой-то проходимец, назвавшийся Д.Бедным, который не мог же вот тут рядом с Буденным ютиться в крестьянской полуизбе. Во избежании дальнейших кривотолков мне пришлось смотаться.
Поехал я тогда к Енукидзе, он хозяин дома, где я живу, авось и с дачей что-либо для меня выдумает. Енукидзе начал с того, что стал в подробностях показывать мне свою - действительно, до невозможности великолепную - дачу. Под конец взмыло у меня горькое чувство и я сказал доброму хозяину: "Хорошо живешь, Енукидзе. Что я в сравнении с тобою? Я живу в деревне на сеновале".
Добрый хозяин, улыбаясь, ожег меня, как хлыстом, таким ответом: "И на сеновале можно хорошо и уютно устроиться. Коврами, напр., сено устлать. Вот Аванесов так жил".
Я буквально опешил перед безмерностью такого бесстыдства. Овладев собой, я сказал доброму хозяину иронически: "Для того, чтобы сказать о тебе, что ты пьешь счастье полной чашей, тебе не достает достойной твоего жилья чаши. Я тебе подарю ее".
- Подари, - сказал хозяин.
Чаши я, несмотря на многократные напоминания при встречах, не дарил. Но подарил ему ее совсем недавно, когда ему уже было не до нее, до этой прекрасной чаши. Пусть пьет из нее то, что в нее нальется. <Имеется в виду, что незадолго до письма Еункидзе был снят со всех постов.>
В моей жизни это редчайший случай ответа на обиду. Доказательством силы этой обиды служит уже одно то, что я не удержался от того, чтобы вспомнить ее даже в этом письме.
Убедясь, что дачу, воздух и здоровье мне надо добывать самому, я вынужден был сделать попытку - устроить сие при помощи аппарата, строящего недалеко от Баковки и от Буденного писательские дачи. <Имеется в виду Переделкино> Я исхлопотал себе участок земли, примыкающий к Буденному. Прижался я к такому соседу с умыслом, стройка производится ВЦИКом большая, авось что-либо и мне перепадет, вода, например, и свет, опять же и дорога соседу выложена прекрасная, а я и без того уже добиваю моего заезженного форда.
Получился, однако, двойной просчет. Дача моя еле-еле оформилась в тот сруб, в ту уродину, которая изображена на прилагаемом снимке. Строить дальше ее не из чего и не на что. Я стою, так.обр., перед потерей четвертого лета. Дачи нет. А если бы мне удалось это дупло застеклить хотя бы по-летнему, то все равно... подъезда к даче нету. Семен Михайлович твердо усвоил старое мнение, что "сосед мой - враг мой". Поэтому, когда я стал просить его - позволить хотя бы в дурную погоду проскочить на машине через его участок, я получил отказ в самой непристойной форме. Наладить проезд мимо Буденного тоже оказалось мне не под силу. Этот проезд нужен не только мне, а группе колхозов, буквально воющих от созданного Буденным бездорожья. Выход есть только один: у Буденного прихвачено земли и лесу больше 11 гектаров, - участок имеет форму такую: ружья, - в прикладе, далеко от дула и от мушки, дом. Если у самой мушки - на узкой полоске сдвинуть забор влево на 11 саженей, колхозы - и я - получат проезд, прекратится ругань, вой, ржанье лошадей, карабканье пешеходов у буденновского забора.
Вот какое дело, родной Иос.Вис.! Теперь "Сталин знает". Я жажду - здоровья и работы. В тираж выходить мне рано. И не нужно это никому, кроме наших врагов... Чего бы я хотел? По существу, немногого: чтобы мне сделали то, чего я не имею возможности сделать сам, никакой возможности. В лучшем случае, Хозотдел ВЦИКа мог бы убрать к черту мой нескладный сруб и поставить для меня более пристойную деревянную дачу комнаты в 4-5 с необходимыми жилпостройками... Это, если хотите, у поэта чисто профессиональная потребность, чуя приток вдохновения, поэт - по Пушкину -
Бежит он, дикий и суровый,
И звуков и смятенья полн,
На берега пустынных волн,
В широкошумные дубровы..

Надо ли законность этого доказывать?
Сердечный привет!
ДЕМЬЯН БЕДНЫЙ

Резолюция Сталина: "Членам ПБ. Просьба ознакомиться. И.Сталин. По-моему, надо помочь Демьяну, т.е. либо достроить старую дачу, либо дать другую. И.Сталин". Устройство быта Д.Бедного почему-то поручили наркому Ежову.

Второе письмо Д.Бедного:

ДЕМЬЯН БЕДНЫЙ
Москва (далее слово "Кремль" зачеркнуто)
Июля 3 дня 1935 г.
Дорогой Иосиф Виссарионович,
накопились - существенные для меня - мелочи..
т.Ежов на мои вздохи, что дача - "мечта", от которой меня клещами не оторвать, но 40-километровая досягаемость ее для моего разбитого (а теперь уже ушедшего в капитальный ремонт) фордика весьма слабовата, сказал мне категорически: ты получишь новую машину. Прошли май, июнь, идет июль. Ежов - по причинам, известным ему, а не мне, - прячется от меня, как черт от ладана: не дозвониться к нему, а на записки... не отвечает. Меня это, старого и пуганного воробья,настораживает, тем более что и "мечта" остается только мечтой, - возбуждает настороженность та подозрительная медлительность, с какой - третий месяц! - ищут для нее маляров и все никак не найдут, и будет ли дача готова к концу лета, неизвестно, - а пока я... живу возле Буденного в сторожке и обретаюсь в состоянии некоторой подавленности. У меня развилась за последние годы тягостная форма мнительности, все мне кажется, не вступил ли я ненароком во что-то слизкое, я все оглядываю свои подметки: "Ежов держит себя в отношении меня явно оскорбительно... Э-э-э-э... Не прилипло ли чего опять..." И осматриваю подметки..
Хотел бы Вас пореже беспокоить.
Сердечный привет!
Демьян Бедный

Следующее письмо Сталину было отправлено в стихах:

16 июля 1935 г.

И.В.СТАЛИНУ
ЗА ВСЕ!


Для благодарного поклона
Нужна не только голова.
Чтоб избежать в письме шаблона,
Нужны особые слова..

Чтоб укрепить себя заметней
Покоем, нужным для души,
Я до конца погоды летней
Дни проведу свои в тиши.

Чтоб, дав потом Пегасу шпоры,
Творить в сознаньи, что творю
В тепле уюта, за который
Я нежно Вас благодарю.

07.22

Письма писательских жен И.В.Сталину

Письмо жены Демьяна Бедного (1936)

Иосиф Виссарионович!
Ваше особое любовное и бережное отношение к человеку дает мне надежду и смелость просить Вас уделить мне несколько минут, чтоб я смогла с Вами переговорить о создавшемся положении, в которое я поставлена в продолжение трех лет моей жизни с детьми.
Дело, конечно, не во мне. Но я так за последнее время издергана, что не хотелосьбы сделать какой-либо поступок, который Вы могли бы осудить, - не зная, в какие рамки жизни я поставлена в последнее время.
Не будь Придворов - Демьяном, я, конечно, никогда не могла бы Вас беспокоить подобным письмом, но имя Демьяна как агитатора обязывает меня переговорить с Вами о создавшемся положении за последнее время.
Мать детей Демьяна Бедного
ВЕРА РУФОВНА
Я буду Вас просить не о милости, а о справедливости.

Из письма жены Леонида Соболева (1946)

Товарищу Сталину
от Ольги Ивановны Михальцевой-Соболевой,
неизменного друга писателя Леонида Соболева.
Товарищ Сталин,
в жизни бывает, когда даже независимый и сильный человек нуждается в моральной поддержке. Оглянувшись вокруг на густо населенный наш огромный и такой крошечный мир, я поняла, что говорить мне сейчас не с кем, слишком значительным представляется вопрос.
И мыслью обратилась к Вам.
Я ни о чем конкретном не прошу Вас, тем все это, быть может, сложнее..
Леонид сейчас созрел, как мыслитель и художник, и полон до краев. Нужен маленький и верный толчок, чтобы это богатство вырвалось наружу сквозь мрачную броню недоверия к себе, прорвать которую самому мешает страшная усталость.
Какой это должен быть толчок - взываю к Вашему великому уму и великому житейскому опыту.
О.МИХАЛЬЦЕВА-СОБОЛЕВА

Письмо жены Всеволода Вишневского (1950)

Дорогой Иосиф Виссарионович!
Мой муж Всеволод Вишневский очень тяжело болен (инсульт на почве гипертонии). Было уже совсем хорошо, но с 9-го декабря в Барвихе начались опять мозговые явления. Вчера в очень тяжелом состоянии его перевезли в Кремлевскую больницу.
Я верю в силу его организма, и хотя мне сказали, что в любую минуту все самое худшее может случиться, я думаю, что его можно спасти.
Твердо знаю и верю, что Ваше личное указание создать все условия и поставить его на ноги сыграет огромную роль.
Ни Всеволод, ни я никогда в жизни ни о чем не просили. Но он так хочет жить. Помогите мне. Он еще может написать так много нужного.
С.ВИШНЕВЕЦКАЯ

07.21

Церковь - Сталину: "Зная твердо, что трудно идти против рожна..."

5 сентября 1943 г.
Дорогой Иосиф Виссарионович!
Исторический день свидания нашего с великим для всей Русской земли Вождем нашего народа, ведущим Родину к славе и процветанию, навсегда останется в глубине сердца нас, служителей церкви. Мы почувствовали в каждом слове, в каждом обращении, в каждом предложении сердце, горящее отеческой любовью ко всем своим детям. Русской Православной Церкви особенно дорого то, что Вы своим сердцем почувствовали, что она действительно живет вместе со всем русским народом общей волей к победе и священной готовностью ко всякой жертве ради спасения Родины.
Русская церковь никогда не забудет того, что признанный всем миром Вождь не только Сталинской Конституцией, но и личным участием в судьбах Церкви поднял дух всех церковных людей к еще более успешной работе на благо дорогого отечества.
От лица Русской Церкви приносим Вам великую благодарность.
Да сохранит Вас Бог на многие лета, дорогой Иосиф Виссарионович!
Патриарший местоблюститель СЕРГИЙ,
митрополит Московский и Коломенский
АЛЕКСИЙ, митрополит Ленинградский
НИКОЛАЙ, митрополит Киевский и Галицкий

30 июня 1945 г.
Москва, Кремль
Иосифу Виссарионовичу СТАЛИНУ

Русская православная церковь, всегда призывающая благословение Божие на Ваши, дорогой Иосиф Виссарионович, необъятные труды во благо нашей страны, вместе со всем народом нашим сердечно приветствует Вас, радуется Вашей всемирной славе и единодушно поет Вам, Великому Генералиссимусу нашей любимой Родины и нашего победоносного воинства, многая, многая лета.
Патриарх Московский и всея Руси
АЛЕКСИЙ

Тбилиси, 30.6.45 г.
Москва, Кремль
Иосифу Виссарионовичу Сталину

Исполненные чувством искренней радости достодолжной оценкою многосторонней деятельности Вашей, паства, пастыри и архипастыри Грузинского католикосата приносим Вам, родной Иосиф Виссарионович, сердечные поздравления и молимся о жизни подателю, возведшему Вас на вершины славы и величия земных, да ущедрит и милостями небесными, крепостью сил душевных и телесных и многолетием для предлежащих мирных трудов ко благу свободной от опасности нацистской отчизны святой - путь и око церкви христовой.
КАЛЛИСТРАТ,
католикос и патриарх всея Грузии
.

6 сентября 1947 г.
Москва, Кремль
Генералиссимусу ИОСИФУ ВИССАРИОНОВИЧУ СТАЛИНУ

В знаменательный день празднования 800-летия Москвы славной столицы нашего Великого Союза, от лица Православной Русской Церкви шлю Вам, высокочтимый Иосиф Виссарионович, Великому Главе нашего Государства вместе с сердечным приветствием самые горячие пожелания здоровья, неизменного успеха в Вашей великой работе во благо Родины, на счастье ее народов.
АЛЕКСИЙ, ПАТРИАРХ МОСКОВСКИЙ И ВСЕЯ РУСИ

Тбилиси, 1949. Декабря 20
МОСКВА, КРЕМЛЬ
ИОСИФУ ВИССАРИОНОВИЧУ СТАЛИНУ

В день семидесятилетия Вашего верующие и духовенство Грузинского Католикосата шлем Вам, родной и дорогой Иосиф Виссарионович, горячие и сердечные поздравления и пожелания нерушимого здоровья и долголетней жизни на благо всего человечества.
В течение первого семидесятилетия Вашей жизни, неустанною деятельностью и ея бессмертным творением - Вашей Конституцией, Вы упрочили в сердцах трудящихся всего мира евангельские заветы братства, единения и свободы, что и вызывает несогласие в тех, которые мнят себя путеводителями слепых, светом для находящихся во тьме и наставниками невежд и стараются заглушить проснувшееся в людях сознание высокого своего человеческого достоинства.
Зная твердо, что трудно идти против рожна, уповаем, что в первые же годы второго Вашего семидесятилетия противники истины и справедливости прозрят, придут к Вам и скажут: прав ты, Иосиф премудрый, и справедливы суды твои, научи же нас, как зажить в мире с братьями, сыздавна нами обижаемыми и унижаемыми. Буди, Господи, буди.
КАЛЛИСТРАТ, КАТОЛИКОС-ПАТРИАРХ ВСЕЯ ГРУЗИИ

07.20

Бедный-несчастный Д.Бедный

18,63 КБ
Каждый день езжу (иногда хожу) на работу мимо дома 16 по Рождественскому бульвару. На довольно красивом двухэтажном особняке висит доска, что тут, мол, жил и работал пролетарский поэт Демьян Бедный (Е.А.Придворов).
Вот на соседнем доме - 14-м - никакой доски нет, хотя там жила поэтесса Каролина Павлова, а к ней "на четверги" заходили Гоголь, Чаадаев, Фет, а перед роковой поездкой на Кавказ устроил для друзей проводы Лермонтов. Ну да ладно. Тут каждое здание мемориальное. Дом 12, например, принадлежал Ивану и Михаилу Фонвизиным - декабристам, и в этом доме проходили тайные собрания членов Военного общества и Союза благоденствия. Бывал там и Пушкин, причем считается, что жена Михаила Фонвизина стала прототипом его Татьяны из "Евгения Онегина". В конце концов, нельзя же каждый дом увешать досками. Сейчас почти весь этот комплекс зданий отдан комитету по рыболовству. Говорю "почти", потому что как раз демьяновский флигель рыболовам не достался.
Понятно, что именно сюда, в этот особняк, в 1932 году Сталин решил отселить Бедного, проживавшего до той поры вместе с руководителями страны в Кремле. По версии, ему объявленной, Демьян всех там достал своими семейными скандалами, битьем посуды и проч. Жена его - Вера Руфовна - даже пыталась попасть на прием к Сталину, чтобы пожаловаться на рукоприкладство пролетарского поэта. Короче, Бедному так и сказали: ты, конечно, великий, но личной жизнью занимайся не в Кремле.
Бедный пришел в ужас и 3 сентября 1932 г. написал письмо Сталину: "Дорогой Иосиф Виссарионович! Моя личная жизнь, загаженная эгоистичным,жадным, злым, лживым, коварным и мстительным мещанством, была гнусна. Я сделал болезненную, запоздалую попытку вырваться из грязных лап такой жизни. Это - мое личное. Пусть оно будет вынесено за стены Кремля - личное. Я умоляю ЦК, умоляю Вас: не смешивайте меня с личным, размежуйте меня с личным, отделите меня от него, сохраните меня, как испытанную и не отработанную еще рабочую силу."Чтобы не терять связей с Кремлем, Бедный попросил Сталина оставить там хотя бы его рабочий кабинет.
Как ни странно, Сталин разрешил. "Товарищ Демьян! Само собой понятно, что помещение для книг и кабинет нужно оставить за Вами. Что касается личной стороны дела и связанного с нею переезда из Кремля, то это вызвано необходимостью не допускать скандалов (вызываемых, конечно, не Вами), которых не должно быть в стенах Кремля. Странно было бы рассматривать переезд из Кремля как попытку "оторвать" Вас или "отдалить" от партии, от дела. Сами знаете, что сотни ответственных и уважаемых товарищей живут вне Кремля (в том числе М.Горький), что,однако, не вызывает ни у кого сомнения насчет их близости к партии, к Кремлю". И.Сталин.
Окрыленный Демьян тут же пишет письмо (на фирменном бланке "Москва, Кремль"!) секретарю ЦК Авелю Енукидзе, которому было поручено нелегкое дело его переселения. Речь идет как раз об особняке на Рождественском бульваре.

Демьян Бедный
Москва, Кремль
Ноября 19, 1932

Дорогой Авель,
Петерсоном мне показана квартира на Рожд. бульваре, где должна протекать моя "личная жизнь". При капитальном ремонте получится обитель в три больших комнаты с вестибюлем. Сейчас это - крысиный сарай с фанерными перегородками, точнее - загаженная задница барского особняка. Я в нее полезу, и куда угодно полезу, поскольку это касается моей "личной жизни". Но мне почему-то эту задницу величают все время "особняком" и дают понять, что сюда переволокут не только мою "личную жизнь", но и творчески-рабочую. Что сей сон значит? Я не говорю о том, что и думать не приходится о размещении в этом "особняке" моей библиотеки, но в нем нет даже возможности просто работать. Абсолютно. Творчество - не бухгалтерия. Много не натворишь, когда под окном гремят улица и двор. Да еще полумрак. Да несомненная холодина этого сарая. Что тут говорить!
Положение такое: жить в эту чертовщину я полезу. Спасибо и за это. А что касается работы, то есть того, чем красна и ценна моя жизнь, - то, пока я не получу документа, которым будет аннулирована столь тронувшая меня сталинская записка о ненарушимости моей библиотеки и кабинета, я ни одного листка будмаги в этот задник особняка не перенесу. А если бы - паче всякого чаяния - такая катастрофа приключилась, то так и надо понимать, что это катастрофа, что я ее не избежал и что бибилиотека будет мной пущена с молотка. Больше мне ничего не останется делать. А о дальнейшем я уж не думаю. Противно.
Д.БЕДНЫЙ
P.S. Так как "особняцкая" задница не решает вопроса о моем полном выдворении из Кремля, то вместо нее достаточно отвести мне в центре в какой-либо надстройке небольшую квартирку. В тесноте, да не в обиде. И быстро, без канители решится вопрос о "личной" жизни. По личной линии со мною все можно сделать. А по части работы - имейте капельку уважения к моей работе, не срывайте ее. Кому это нужно?
Д.Б.


Надо сказать, Сталин слова не сдержал: Д.Бедный вылетел из Кремля вместе с книгами.
Кстати, сейчас в той половине особняка, которую занимал Демьян Бедный, расположена библиотека Государственного литературного музея. Библиотека - это громко сказано. Сам не видел, но говорят, что на основе богатой библиотеки Д.Бедного было создано огромное собрание всяких литературных редкостей (460.000 томов, начиная с книг 16 века, включая книги с автографами Тургенева, Герцена, Огарева и т.п.). И вот будто бы все это богатство заперто на ключ, частично расхищено и сейчас недоступно даже исследователям. Буду только рад, если меня поправят.
Полуподвал сдан в аренду ювелирному магазину. А часть помещений отдано некоей Джамиле, развернувшей - в тесноте, да не в обиде - целую школу арабских танцев:

Из особняка выжато все,что можно. Двор, где с трудом умещаются пять машин, объявлен платной парковкой (полтинник в час за место). Охранник этой стоянки предлагает воспользоваться услугами сауны с девочками - в этом случае парковка бесплатно. Демьян Бедный, наверное, переворачивается в гробу.

07.19

Политическая ошибка Демьяна Бедного

1. Письмо главного редактора "Правды" товарища Л.Мехлиса

19 июля 1937 г.
Товарищам СТАЛИНУ
МОЛОТОВУ
ЕЖОВУ

Сегодня в редакцию "Правды" явился Демьян Бедный и принес мне поэму под названием "Борись или умирай". Под заголовком поэмы подпись: "Конрад Роткемпфер. Перевод с немецкого". В конце - перевел Демьян Бедный. В этой поэме ряд мест производит странное впечатление (эти места в прилагаемом экземпляре обведены красным карандашом). Особенно странными кажутся строки: "фашистский рай. Какая тема! Я прохожу среди фашистского эдема, где радость, солнце и цветы...", а также строки: "Кому же верить? Словечко брякнешь невпопад, тебе на хвост насыплют соли". И совсем странны строки заключительной части: "Родина моя, ты у распутья, Твое величие превращено в лоскутья".
Когда я указал Демьяну Бедному на эти и некоторые другие места поэмы - он охотно согласился их вычеркнуть. Он предлагал даже напечатать ее без его подписи - просто как перевод с немецкого. К концу разговора выяснилось, что никакой поэмы Конрада Откемпфера не существует и самое имя этого якобы автора выдумано. Поэма написана Демьяном Бедным. Как он объяснил, - это своеобразный литературный прием.
Экземпляр этой поэмы прилагаю. Прошу указания.
Л.МЕХЛИС

2. Сталин - Мехлису

20 июля 1937 г.

Тов.Мехлис!
На Ваш запрос о басне Демьяна Бедного "Борись или умирай" отвечаю письмом на имя Бедного, которое можете ему зачитать.
Новоявленному Данте, т.е. Конраду, то бишь... Демьяну Бедному.
Басня или поэма "Борись или умирай", по-моему, художественно-посредственная штука. Как критика фашизма, она бледна и неоригинальна. Как критика советского строя (не шутите!), она глупа, хотя и прозрачна.
Так как у нас (советских людей) литературного хлама и так не мало, то едва ли стоит умножать залежи такого рода литературы еще одной басней, так сказать..
Я, конечно, понимаю, что я обязан извиниться пред Демьяном-Данте за вынужденную откровенность.
С почтением

И.СТАЛИН

3. Мехлис - Сталину

21 июля 1937 г.

ТОВАРИЩУ СТАЛИНУ

В ночь на 21 июля в редакцию был приглашен Демьян Бедный в связи с его "поэмой" - "Борись или умирай". Я выполнил поручение ЦК и прочитал ему Ваше письмо.
Прикидываясь дурачком, Демьян говорил:
- Я либо сумасшедший, либо кляча. Стар, не понимаю.
Он всячески пытался представить, что речь в "поэме" идет о конине, хлебе и т.п. вещах, но отнюдь не о чем-либо другом.
- Придется, - говорил он, - поехать в деревню, поливать капусту, - выражая этим мысль, что писать ему нельзя.
Демьяна, видимо, кто-то серьезно опутал.
Л.МЕХЛИС
Tags: priroda, rossija, sssr, vzlomy
Subscribe

  • (no subject)

    специально для odnovremennoВечерняя Рига И снова в зимнее время у меня подсвеченная Рига. Не то чтобы у нас была совсем полярная ночь, но я…

  • Вечер призраком коммунизма бродит по Европе

    специально для odnovremennoВечерняя Рига Помимо фестиваля света (см. отдельный пост), я также по дороге поснимал всячину, прямо не относящуюся…

  • Шлялся по шумихе

    специально для odnovremennoФестиваль "Лучись, Рига" ко дню независимости, ноябрь 2018 1. Нац. театр, где состоялось провозглашение…

  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 0 comments